Федоров Святослав Николаевич

Биография. Публикации. Дополнительные сведения.

"Профиль", 9 августа 1999 года
Гарри Восканян

Подмосковная деревня Славино, где живет знаменитый российский офтальмолог Святослав Федоров, чем-то напоминает швейцарскую провинцию. Заливные луга, сытые дойные коровы, зажиточные крестьяне-"кулаки". Селяне называют Святослава Николаевича президентом, а его жену Ирэн — первой леди.

Гарри Восканян: Ирэн Ефимовна, ваш муж — явный лидер. Не тяжело с ним?

Ирэн Федорова: Святослав Николаевич, конечно, яркая личность, а я — женщина, которая стоит за спиной великого человека, обеспечивает ему тылы.

Святослав Николаевич — президент МНТК "Микрохирургия глаза". Помимо огромного офтальмологического института в Москве, корпорация владеет двенадцатью филиалами по всей стране. В штате у Федорова три тысячи человек.

Еще один проект мужа — сельскохозяйственный комплекс в Славине. Сюда вложен не один миллион долларов: мы построили молочный комбинат, завод по производству питьевой воды, телефонную станцию, провели газ. У нас прекрасные дороги, мы выращиваем шампиньоны, разводим племенных лошадей. Школу построили, реконструировали церковь.

Г.В.: Ваша семья в средствах, по-видимому, не стеснена. Не возникало желания обосноваться по примеру "новых русских" где-нибудь на Лазурном берегу во Франции?

И.Ф.: Нам не нужны виллы за границей, мы отсюда никуда не собираемся уезжать. Мы с мужем даже купили участок на кладбище около церкви, где нас когда-нибудь похоронят.

Мы это сделали после того, как одна наша знакомая, живущая во Франции, сводила нас на русское кладбище под Парижем — чтобы мы знали, куда нести цветы после ее смерти. Она уже пятнадцать лет платит налоги за место на кладбище. Но место-то это на чужой земле.

Г.В.: Вы так открыто говорите о своем состоянии. Сейчас в России все опасаются налоговой полиции. Не боитесь, что к вам нагрянут с проверкой?

И.Ф.: Наши доходы легальные. На семью, на личные нужды мы тратим зарплату мужа — две-три тысячи долларов в месяц. У нас четыре дочки, у каждой растет ребенок, мы всем помогаем.

А основная прибыль идет в дело, и кто угодно может приехать проверить, сколько денег во что вложено,— отчетность мы предоставим хоть завтра.

Г.В.: У вас с мужем всегда было такое взаимопонимание? Ведь вы у Святослава Николаевича третья жена.

И.Ф.: Мы встретились довольно случайно. Я по профессии акушер-гинеколог, родилась и жила в Ташкенте, после землетрясения 1966 года переехала в Москву. Про Славу ничего не знала до той поры, пока моя тетя не прочитала о нем статью в журнале "Техника — молодежи". Тетя страдала катарактой, и, естественно, статья о молодом враче, который делает искусственные хрусталики, ее заинтересовала. Зрение у тети ухудшалось — я решила ей помочь. По справочнику отыскала телефон восемьдесят первой больницы, позвонила — мне ответили, что Федоров работает каждый день, в том числе в субботу.

Я влюбилась в него сразу, как только вошла в кабинет. Увидела — и чуть в обморок не упала.

Г.В.: Но ведь у него была семья. Вы это в расчет не брали?

И.Ф.: Святослав Николаевич действительно тогда был женат, но, как потом выяснилось, собирался разводиться. Я же семь лет жила в разводе, одна растила двух дочек. Чтобы обеспечить им достойную жизнь, приходилось много работать. Но меня это не смущало. Я считаю, что каждая женщина, есть у нее муж или нет, должна (и может) быть и как личность самодостаточна, и финансово независима.

(А вот мужчина без "второй половины" пропадет.)

Г.В.: И чем же вас Святослав Николаевич с первого взгляда поразил?

И.Ф.: Он просто был мужчиной моей мечты. Я из той категории женщин, которые созданы не для того, чтобы их любили, а чтобы любить самим. Мне важнее отдавать, чем брать.

В школе, в институте у меня было немало воздыхателей, я выбирала то одного, то другого — и очень скоро с ними расставалась. Мне совершенно не нравилось, когда молодые люди делали мне комплименты,— мне надо было по-настоящему влюбиться самой. Первый раз я вышла замуж за человека, который относился ко мне весьма прохладно, зато его было очень интересно завоевывать. После нашего знакомства со Святославом Николаевичем я лишилась покоя и сна, жила от одной встречи до другой.

Мою тетю положили на операцию, каждый Божий день я приходила ее навестить и, естественно, еще раз увидеть Славу. Но и он оказался ко мне небезразличен. Как только я появлялась, ему тут же докладывали — и у него начинался обход больных. Потом он приглашал меня в кабинет для разговора. Так что тетя Вера стала нашим связующим звеном, за что я ей очень благодарна.

Прошло какое-то время, Святослав Николаевич развелся, мы стали жить вместе. В этом году мы отметили серебряную свадьбу. На юбилей Слава подарил мне серебристый "мерседес"-кабриолет. Обещал на золотую свадьбу подарить машину золотого цвета.

Г.В.: Цветов, романтических прогулок у вас не было? Он хоть вам в любви признался?

И.О.: Однажды сказал: "Боже, до чего же ты красивая женщина! Жаль, я не могу за тобой ухаживать, у меня нет свободного времени".

Прогулки, конфетки, побрякушки меня мало интересовали. Самое большое удовольствие было самой ухаживать за ним. Я взяла на себя все хозяйство: убирала, готовила, принимала гостей. Даже профиль работы поменяла — из акушера переквалифицировалась в офтальмологическую медсестру. С 1982 года мы ездили по всему миру на операции вместе. Я не просто жена, я еще и друг, и коллега по работе.

Цветы Святослав Николаевич подарил мне один-единственный раз: когда мне исполнился 51 год, он купил 51 розу. Я так удивилась, что даже сфотографировалась с этим букетом. Но! Когда мы с ним встречались до женитьбы, он поехал в командировку за границу и привез мне платье — я его не просила, он по своему вкусу выбрал. Сейчас, правда, всю одежду и себе, и Славе покупаю я.

Г.В.: На работе Святослава Николаевича окружает немало женщин. Если бы он вам изменил, вы бы его простили?

И.О.: Нет. Мне кажется, нельзя изменить только физически. Изменяя, ты всегда изменяешь еще и духовно. Если бы это случилось, я бы навсегда ушла. И мой муж об этом знает.

Г.В.: А как же благополучная жизнь?

И.Ф.: Да вы что, смеетесь? Я смогла бы оставить все. Когда я разводилась с первым мужем, мне все говорили: "Ты с ума сошла! А как же дети?" Вообще, это ужасно — жить ради детей с нелюбимым мужем. А сейчас и девочки мои выросли — меня бы ничто не удержало.

Со Святославом Николаевичем мы как одно яблоко. Его измена означала бы страшное предательство и абсолютно перевернула бы нашу жизнь.

Г.В.: Почему вы не родили общего ребенка?

И.Ф.: Было время — мы об этом думали. Но, родись ребенок, я была бы не в силах отдавать мужу столько любви, сколько мне хотелось. К тому же свою родительскую миссию мы выполнили в предыдущих браках: у меня две дочки, и у Святослава Николаевича тоже. Этого достаточно. Мои дочки носят фамилию Федорова и называют Славу папой.

Г.В.: Ваши дети так же счастливы в браке, как и вы?

И.Ф.: Увы, все они развелись. Им было сложнее. У них перед глазами всегда стоял пример Святослава Николаевича. И хотя я им говорю, что второго такого мужчины быть не может, они продолжают поиск.

Г.В.: Как странно — четыре чуть ли не самые завидные невесты России одиноки?

И.Ф.: Я не знаю, насколько они завидные. Наши девочки независимы, у них характер. "Новые русские" берут в жены молодых девчонок, которые не требуют слишком многого.

Г.В.: Вы экономная женщина?

И.Ф.: Я могу позволить себе не экономить. Деньги уходят на путешествия, мы помогаем родственникам и просто людям, которые попали в сложную ситуацию.

Отдельная моя страсть — духи. В какой бы стране мира мы ни были, я прежде всего иду в парфюмерный магазин и покупаю себе очередной парфюм. В моей коллекции около двухсот запахов. На эту тему любит шутить наш американский друг. У него жена серьезно занимается астрологией, вот он и говорит: "Моя Джуди — космическая женщина, а Иришка — косметическая".

Святослав Николаевич, как большинство мужчин, любит технику. Он просто помешан на мотоциклах — у него уже пять мотоциклов различной мощности от разных фирм.

Г.В.: Ирэн Ефимовна, у вас и дом полная чаша, и муж любимый, дети, внуки... Осталась ли у вас какая-нибудь нереализованная мечта?

И.О.: У меня была одна несбыточная мечта: я хотела познакомиться или хотя бы увидеть живьем Марлона Брандо. Когда я встретила Славу, то про себя отметила, что он похож на Брандо. И вот, представьте, в 1984 году моя мечта сбылась. Мы со Славой были в Лондоне, остановились в той же гостинице, что и Брандо. Однажды вечером швейцар (а он знал, что я очень хочу встретиться с Брандо) сказал, что актер вот-вот приедет в отель. И действительно — в гостиницу вошел писаный красавец. Но на следующий день к отелю подъехал наш "роллс-ройс", и журналисты приняли за Брандо моего мужа.

Сейчас я мечтаю, чтобы Слава жил как можно дольше, чтобы всегда был на коне, и, конечно, хочу, чтоб были здоровы и счастливы наши дети.

Г.В.: Ваш муж не собирается вновь активно заняться политикой?

И.О.: Ельцин лет восемь назад предлагал ему возглавить правительство. Я была против. Я считаю, что Слава не может быть кремлевским служакой. Сейчас в политике без подлости, хитрости и цинизма нельзя, а Федоров — честный и независимый, он абсолютно не для Кремля.

Г.В.: Есть ли у вас закадычные друзья?

И.Ф.: Таких, от которых не оторваться, нет. Некоторых людей мы очень любим принимать дома. Бывают у нас, например, Кира Прошутинская с мужем Анатолием, Саша Пороховщиков, Константин Ваншенкин, семья Говорухина, Ирина Муравьева с супругом Леонидом, Павел Коган, Сагалаевы — этот список можно продолжить. Сблизились мы с Владленом Давыдовым и его очаровательной женой Марго. Но сейчас все так заняты, поэтому встречаемся мы не очень часто.

Г.В.: Святослав Николаевич, вы не расскажете, как в вашей семье разделены обязанности?

Святослав Федоров: Я правительство, а жена — парламент. Она распределяет то, что я зарабатываю, и у нас полная гармония.

Дата последнего обновления: 06.10.2011